Переквалификация сбыта на хранение по ч. 2 ст. 228 УК РФ и освобождение в зале суда

Задержание с наркотиками

Задержание произошло неожиданно, до дома оставалось несколько шагов, скрутили руки, подкинули что то во внутренний карман куртки — зачем, видимо не знали, что возвращался из Москвы от знакомой, у которой приобрел шесть свертков смеси мефедрона и амфетамина, которые вез в рюкзаке. Повели в отдел досматривать.

При досмотре нашли подкинутый в карман куртки сверток и еще 6 в рюкзаке что покупал в Москве, для снятия стресса дали выпить крепкую настойку, которую купил в «Пятерочке» перед задержанием. Сказали нужно во всем признаться, иначе посадят. В чем признаться — как в чем, что хранил для сбыта.

Для подзащитного все было как в тумане, никогда раньше не задерживался полицией, нервничал, не понимал как себя вести.

Признание под давлением и арест 

Ночь провел в камере для задержанных, утром повезли в отдел. Говорили признайся что сбывал и пойдешь домой но перед этим к следователю, и отпустят. Одни угрожали что посадят на долго, другие предлагали помочь и по свойски уговаривали сделать как просят, кто то принес лапшу быстрого приготовления и самсу, поел, дали оставшуюся настойку. Долго репетировали что нужно сказать на камеру. 

Когда все было готово отвезли к следователю, поздно вечером. Следователь отправила сотрудников ОНК провести обыск дома у подзащитного. Нашли еще несколько свертков и весы. Дошла очередь, дежурный следователь завела в кабинет, составила протокол, коротко повторил все как учили сотрудники наркоконтроля, протокол был большой, все переписано как в объяснении что составляли оперативники еще в отделе. Адвоката почему то не было, но это было неважно, ведь обещали что отпустят. Составили протокол задержания, отвели на осмотр к врачу, потом со справкой в изолятор.

На утро вывели в следственный кабинет, решетки, все мрачное. Следователь была с адвокатом, обращаясь к адвокату сказала что подзащитный молодец во всем признался, осталось только подписать. В этот же день был суд, арестовали на 2 месяца, где то глубоко предполагал что так и будет, но надеялся что отпустят — ведь обещали же. Понял что дома окажется не скоро.

Вступление адвоката в дело

Я вступил в защиту, когда дело было на начальной стадии, но первичные следственные действия были уже произведены, подзащитный заключен под стражу. Показания были серьезной помехой, то что они даны под давлением и без адвоката нужно было еще доказать. Предстояла масса работы чтобы попытаться хоть как то выправить ситуацию.

Следствие вменяло подзащитному особо тяжкое — покушение на сбыт наркотиков в крупном размере по ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ — это при покушении от 10 до 15 лет лишения свободы. Подзащитный ранее никогда не судим, не привлекался, не задерживался, для него это было шоком.

Позиция защиты

Послушав подзащитного и обсудив перспективы, было принято решение применять тактику активного сопротивления обвинению. Факт приобретения и хранения наркотиков стороной защиты не отрицался, однако вменяемое покушение на сбыт не признавалось.

Изначально подзащитным даны предварительно согласованные показания с моим участием о том, что он сбытом не занимался, наркотики приобретал для себя, первичные показания его заставили дать в таком виде сотрудники ОНК и дежурный следователь, обещая оставить его на свободе. Также в Следственный комитет подзащитным поданы заявления об оказании давления со стороны сотрудников ОНК и следователя.

Активная защита

Следствие строило свою обвинительную позицию на следующих фактах:

• Первичные показания с признанием в сбыте;
• Значительное количество изъятых веществ — всего 11 расфасованных свертков общей массой около 10 гр.;
• Наркотики имелись у подзащитного дома и при задержании у него было обнаружено еще несколько свертков;
• Обнаруженные при обыске весы с остаточными следами наркотиков;
• Наличие в телефоне переписки, где речь идет о купли-продажи орехов, орехи трактовались следствием как наркотики;

В ходе долгого предварительного расследования все эти факты были или разбиты, или поставлены под серьезное сомнение.

Первичные показания объяснялись оказанием давления на подзащитного, его состоянием опьянения и использования сотрудниками полиции алкоголя для введения подзащитного в соответствующее состояние. Кроме того, как показали исследование и экспертиза, 10 изъятых свертков при задержании и обыске квартиры содержали смесь амфетамина и мефедрона, и только один, который был подкинут полицейскими, отличался по составу от остальных, и содержал чистый амфетамин.

Само по себе наличие наркотиков в значительном количестве не говорит о сбыте. Изъятых у подзащитного наркотиков хватило бы недели на две активного употребления, а подзащитный сам употреблял наркотики, страдал зависимостью и приобретал их именно для личного употребления, о чем даны подробные показания. Кроме того, проведенная по ходатайству защиты экспертиза показала наличие у подзащитного наркотической зависимости. На этот факт указывали также изъятые после задержания и обыска в квартире приспособления для употребления наркотиков.

Поскольку подзащитный являлся наркоманом, некоторое время назад до задержания, когда употребление наркотиков вышло из под контроля, у него случилась передозировка, которая привела к госпитализации в институт им. Склифосовского. Тогда его спасли. После этого случая прекратить употреблять наркотики в силу своей болезни он не мог и чтобы хоть как то взять под контроль употребление, приобрел электронные весы для отвешивания дозы, чтобы не допустить передозировку. По ходатайству защиты в лечебном учреждении истребованы медицинские документы о госпитализации подзащитного с передозировкой. Так объяснялась цель использования обнаруженных весов.

Стороной защиты неоднократно заявлялись ходатайства об установлении и допросе абонента, с которым была переписка по поводу орехов, которая принята следствием за обсуждение продажи наркотиков. Был известен номер абонента, подзащитный в ходе своего допроса сообщил его имя, пояснил что переписка велась по поводу бизнеса, между ними действительно обсуждалась поставка орехов в Московский регион и абонент это может подтвердить. Но, в деле почему то, оказалась справка сотрудников ОНК о невозможности установления личности абонента и его допроса. 

Суд — переквалификация и освобождение

Суд шел в общем порядке, на следствии защитой была создана серьезная основа для возможности представить суду опровержения и сомнения относительно тех доказательств, на которые ссылалось обвинение. Кроме уже описанных выше, основных, уголовное дело было наполнено множеством других, более мелких противоречий и несостыковок, но которые также повлияли на итог.

Суд переквалифицировал действия подзащитного с ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (покушение на сбыт наркотиков) и признал его виновным по ч. 2 ст. 228 УК РФ (хранение наркотиков), назначив наказание в виде 4 лет лишения свободы условно. Подзащитный вышел на свободу в зале суда.

Защита по уголовным делам:

Адвокат по наркотикам

Адвокат по ст. 228 УК РФ

Адвокат по ст. 228.1 УК РФ